Skip to main content

1968 год: место в истории

Кульминацией эпохи социально-политических выступлений, известной как «бурные шестидесятые» стал 1968 год. По словам исследователя этой эпохи М. Курлански, «Никогда еще не было года, подобного 1968-му, и вряд ли когда-либо будет. В то время, когда нации и культуры были еще отделены друг от друга и различались между собой — а в 1968 году Польша, Франция, Соединенные Штаты и Мексика отличались друг от друга значительно сильнее, нежели сегодня, — произошло самовозгорание мятежного духа по всему миру.
История знала и другие революционные годы… Но уникальным для 1968 года оказалось то, что возмущение людей было вызвано разными причинами, и объединяло их только желание бунта, представление о том, как его осуществить, ощущение отчуждения от официального порядка и отчетливая неприязнь к авторитаризму, в какой бы форме он ни проявлялся. Там, где он прини¬мал форму коммунизма, они восставали против коммунизма, там, где это был капитализм, — против капитализма…
Четыре исторических фактора «работали» на 1968 год. Сыграло свою роль движение за гражданские права, в то время воспринимавшееся как нечто новое и оригинальное. Молодое поколение ощущало себя ни на кого не похожим и отделенным от остального мира и отвергало власть в любых ее формах. Шла война, ненавистная для всего мира и служившая поводом дня возмущения всем, кто искал такого повода. Наконец, в тот момент телевидение, что называется, входило в возраст, но было еще достаточно ново для того, чтобы попасть под контроль и стать столь дистиллированным и предсказуемым, как теперь.
В 1968 году феномен получения ежедневных новостей с другого конца света с помощью средств массовой информации был сам но себе технологическим чудом и поражал новизной» . Это объяснение неполно. Оно касается негативной, протестной стороны явления, но не общности конструктивных требований, например, «Красного мая» и «Пражской весны». «Бурные шестидесятые» включали и такие явления, как «Культурная революция» в Китае, столкновения в Мексике и война за независимость Биафры в Нигерии. Феномен 1968 года и, шире – «бурных шестидесятых» кроется в наложении друг на друга и хронологическом совпадении нескольких глобальных процессов:
1. Кризис моделей индустриального общества и социального государства, сложившихся как на Западе, так и в «социалистических странах», массовое недовольство бюрократическим господством и профанацией демократии, выдвижение идеала самоуправления в качестве альтернативы существующему порядку;
2. Социально-культурные и научно-технические сдвиги, способствующие новой, более влиятельной и самостоятельной роли интеллигенции, росту средних слоев, гражданского самосознания, новых субкультур и формированию сетевых общественных структур и глобальных коммуникаций, в том числе и связанных с развитием телевидения;
3. Идеологическая трансформация, вызванная осуждением «культа личности Сталина» в СССР, расслоение коммунистического движения в спектре от правого ревизионизма до маоизма, синтез различных левых идеологий и попытки создания «новых левых» концепций, стремящихся найти опору в новых поколениях, выходящих из под контроля «старой» культуры;
4. Крах колониальной системы, вызвавший перестройку системы отношений развитых и «развивающихся» стран, апробирование неоколониальной системы господства, чреватое неудачами и кризисами, обострение конкуренции двух блоков за позиции в «Третьем мире», стремление революционных движений использовать неустойчивость периферии для подрыва капиталистического господства в целом.
Несмотря на то, что в 1968 г. Система устояла и во Франции, и в США, и в Чехословакии, значение этих событий для развития современной цивилизации велико: принципы современного мира были подвергнуты всеобщему сомнению, но это не привело к кровопролитию и катастрофе. Революция была вызвана вовсе не всеобщим обострением социальных проблем. Напротив, устойчивое экономическое развитие индустриальной системы выявило ее социально-психологические изъяны. Рост самостоятельности интеллектуальных слоев, будущих проводников информационной трансформации общества, вступил в конфликт с жесткими рамками системы, развитие гражданского и демократического самосознания поставило производственное самоуправление в повестку дня.
Более того, «Красный май» впервые, пусть и на лозунговом уровне, поставил в повестку дня проблемы, актуальные для постиндустриальной, виртуализированной цивилизации. Однако в то время еще не возникли предпосылки для самостоятельного развития принципиально новых пост-индустриальных отношений, а капиталистическая форма индустриального общества оказалась достаточно гибка и динамична, чтобы интегрировать новые социально-культурные явления и изолировать очаги социального недовольства. В этом отношении «Красный май» можно отнести к «ранним» революциям, которые скорее ставят, чем реализуют задачи перехода общества в качественно новое состояние.
Кризис зрелого индустриального общества миновал, и социально-культурная система Запада вновь приобрела устойчивость. Но «бурные шестидесятые» осуществили социально-психологический сдвиг в средних слоях общества, который положил начало качественным изменениям социума, связанным с информатизацией, виртуализацией возникновением неформальных движений горизонтального типа.
Рост влияния этих слоев открывают новые возможности для конструктивного социализма. Возникают культурные и технические предпосылки для того, чтобы общество подошло к решению той же проблемы преодоления элитаризма с другой стороны, нежели ставили ее анархо-синдикалистские и лево-социалистические лидеры: не растворение элиты в массе трудящихся, не передача людям физического труда функции управленческого и интеллектуального труда, а подтягивание большинства производителей до культурного уровня элиты, преодоление нетворческого труда, информатизация общества и процесса принятия решений.
 Однако на пути этого процесса стоит еще немало препятствий, связанных с неравномерностью не только социальной, но и культурной структуры любого современного общества. Индустриально-организованные структуры, основанные на принципе господства управленцев над производителем, еще продолжают доминировать. Социальные и технологические сдвиги, начавшиеся во время «бурных шестидесятых», открывают возможность решить проблему социального господства в XXI веке. Но сама эта возможность еще не гарантирует нам, что проблема будет решена.
Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

SovietHistory » Социализм » 1968 год: место в истории