Skip to main content

Итоги зеленого партийного строительства в 2005 г

В 2005 г. я принял участие в работе партии Зеленых и могу поделиться выводами, которые извлек из этого опыта. Прежде всего, хочу ответить на вопрос, почему не буду участвовать во «втором круге» партстроительства, начатом по инициативе профессора А. Яблокова? Ответ прост: я считал целесообразным создание партии как политического крыла Зеленого (социально-экологического) движения. Начиная с 8 ноября 2005 г. А. Яблоков и его сторонники сделали создание такой партии невозможным. Они взяли курс на создание право-экологической партии – младшего партнера либеральных, олигархических по характеру сил.

В деятельности правой, либеральной партии я не могу принимать участие и как человек левых, не либеральных взглядов, и как сторонник народовластия – ведь, если судить по выступлению Г. Явлинского о возможности для «демократов» выступать, например в Челябинске, под флагом зеленых, речь идет о подготовке обмана избирателей. Либеральную конфетку будут скармливать им в зеленой упаковке. В некоторых регионах такая либерально-экологическая партия, если ее все же удастся зарегистрировать, будет играть роль «фигового листка» правых. У администрации президента – РЭП «Зеленые» (бывший КЭДР), у либералов – партия Яблокова. Такая партия не представляет социально-экологического движения по определению – ведь наше движение состоит как из людей правых, так и из людей левых взглядов.

Противниками правого курса обсуждался вопрос о сохранении помимо партии Яблокова собственно зеленой, то есть социально-экологической партии. В нынешних условиях я считаю это нецелесообразным. Левые экологи могут сотрудничать и без создания партии. Партия нужна именно зеленому движению как целому. А создавать отдельные партии для правых и левых зеленых – это значит переносить раскол политизированной части движения в недра самого движения. Правым экологам (яблоковцам) было бы честнее просто вступить в «Яблоко» (стать яблочниками). Левым зеленым, на мой взгляд, целесообразно работать над укреплением своих сетевых, не партийных, а идейных структур. Что мы сейчас и делаем. Поэтому, прежде чем обратиться к истории процесса, я бы хотел поблагодарить всех коллег по партстроительству 2005 г., в том числе и А. Яблокова, за расширение круга наших контактов и богатый материал для исследования состояния экологического сектора гражданского общества. Поскольку специального исследования я пока не проводил, нынешние заметки носят предварительный характер.

Аполитизм и популизм

Напомню, что первая волна политизации экологов пришлась на конец 80-х – начало 90-х гг. Большинство экологов, далекое от специальных знаний в области политики, стало массовкой «общедемократического» популистского движения. Вожди демократии были благосклонны к экологам и экологии, даже сам Гайдар вошел в состав «Зеленого движения». Несколько выдвиженцев экологического движения стали депутатами. В 1990 г. движение добилось больших успехов (остановка атомных и других экологически опасных проектов), затем был принят закон об охране окружающей среды. Казалось, из этого следует, что зеленым не нужна собственная политическая стратегия и программа – все сделает рынок, частная собственность, демократия и демократы. Но после расстрела Белого дома экологическая политика «демократического» (читай – либерального) режима стала вполне реакционной. Выяснилось (для тех, кто не понимал этого ранее), что частные собственники, захватив предприятия, действуют в отношении окружающей среды не менее хищническим образом, чем бюрократия. Демо-популистский этап развития экологического движения завершился разочарованием большинства экологов в политике.

Зеленое партстроительство 90-х гг. развивалось в недрах отечественного экологического движения по той же идейной дороге, что и на Западе, но с меньшим успехом (что обусловлено преобладанием в экодвижении демо-популизма, а затем – разочарования в политике как таковой). Сначала Партию Зеленых в 1990 г. создали левые радикалы, преимущественно анархистской эко-социалистической направленности. Затем идеология Российской партии Зеленых, существовавшей в 1991—1999 гг., формировалась на основе экологических приоритетов как лево-центристская, преимущественно в спектре демократический социализм – социал-демократия. В 1993 г. экологическое движение (ядром которого был Социально-экологический союз – СоЭС) в значительной своей массе поддержало партию, что позволило ей зарегистрироваться и собрать подписи 40000 сторонников. Но законодательство и политические обстоятельства 1993 г. были таковы, что партия не смогла принять участие в выборах, не закрепилась в истеблишменте, и экологическое движение перестало воспринимать РПЗ как полезный инструмент, разве что – как еще одну экологическую организацию. Актив партии разошелся по более перспективным, но неполитическим проектам, включая «Гринпис». В экологическом движении на несколько лет возобладал аполитизм, который в действительности выражался в склонности к лоббистскому воздействию на власть и в замораживании обсуждения социально-экологической идеологии. Это, кстати, не исключало самостоятельного поиска отдельных лидеров – в это время выходят, например, интересные работы С. Забелина на эту тему. Но и они не вызывают соответствующей дискуссии. Разве что благожелательное равнодушие.

После того, как РПЗ прекратила существование за невостребованностью, дело партстроительства было подхвачено теми, кто прежде считал его непродуктивным делом. Сначала Партию зеленых пытались возродить ученики П. Кузнецова во главе с В. Юрашко, а затем, в 2004 г. с аналогичной инициативой выступил известный эколог профессор А. Яблоков, прежде считавший существование партии нецелесообразным. В 1997 г. я лично убеждал его войти в руководство РПЗ (что де факто означало – возглавить ее), но, как это следует и из позднейших переговоров с В. Юрашко, А. Яблоков хотел бы возглавить только «свою» партию. В итоге зарегистрированная РПЗ перестала существовать, и было расчищено поле для нового партстроительства. Несмотря на то, что такие мотивы А. Яблокова мне не понравились, я считал и считаю личные недостатки лидера «Зеленой России» вторичными по отношению к его политическому поведению и потому терпимыми. За неимением гербовой пишут и на простой.

Несмотря на значительный налет популизма и вождизма в проекте А. Яблокова, имя самого раскрученного на тот момент эколога (О. Митволь еще только начинал «светиться») открывало возможность привлечь в партию основную часть актива организаций, входящих в Социально-экологический союз, что давало проекту хорошую стартовую массу. В начале 2005 г. сформировалось инициативное ядро новой партии, в которое, несмотря на определенно либеральные взгляды Яблокова, вошли и сторонники более левых идей (они затем вошли в политсовет партии «Зеленая Россия (Союз Зеленых России)). Я вошел в проект не без колебаний и только после личных заверений А. Яблокова, что он не будет превращать партию в часть либерального проекта, который тогда символизировался «Комитетом-2008» и «Гражданским конгрессом».

Именно широкий идейный спектр Объединенной Зеленой партии (как первоначально назывался проект) позволял ей претендовать на то, чтобы быть политическим крылом всего СоЭС и близкой к нему по духу части экологического движения. Этот спектр можно назвать социально-экологическим, соответственно и позиция «крыла» должна была быть социально-экологической. Понятно, что партия не могла получить поддержку всех экологов, но она должна была сознательно брать на себя обязательство отражать позицию всех составляющих зеленого идеологического спектра – и левых, и правых.

Однако большинство участников проекта, распрощавшись с аполитизмом, сдвинулась от него не к социально-экологической, а к популистской позиции, продиктованной стереотипами поведения начала 90-х гг. Опыт «перерождения демократов» в 90-х гг. ничему не научил эту часть экологического актива, а популистский стереотип заставлял доверять А. Яблокову, причем, как выяснилось в ходе осенних дискуссий, многие активисты доверяли вождю фанатично.

Уже в начале 2005 г., в ходе работы оргкомитета новой партии ряд его участников (так называемая «четверка») подвергли А. Яблокова резкой критике за авторитарное поведение. Я тогда поддержал председателя оргкомитета, и считаю это правильным. На мой взгляд, при всей своей резкости и нежелании слушать советы (тогда Яблоков игнорировал ряд разумных на мой взгляд тактических предложении, которые могли бы ускорить партстроительство), председатель тогда не нарушал «правила игры», согласованные процедуры принятия решений, согласовывал свои действия в коллегиальном органе. Но уже тогда, возражая Б. Скляренко, А. Рудомахе и другим критикам А. Яблокова, я в то же время обещал: если возникнет повод для политической критики А. Яблокова, если его курс сдвинется вправо, я открыто выступлю против этого.

Участники инициативы в большинстве своем не имели опыта партстроительства и были вдохновлены перспективой собрать более 50000 членов, зарегистрировать партию в Минюсте, провести победные предвыборные кампании, превратиться во влиятельную политическую силу, способную остановить процесс авторитаризации страны. Этот план был рассчитан на действия в текущей политической ситуации – А. Яблоков прямо говорил, что именно действия нынешнего режима заставили его изменить свою позицию и заняться созданием партии. При всей утопичности этого плана, он открывал возможность для побочной, но в действительности наиболее важной деятельности – идеологической, консолидирующей и социально-политической (не путать с парламентско-политической).

Достижения и противоречия

Первое направление — выработка политической позиции экологического актива на основе синтеза социал-либеральных и эко-социалистических идей. Эта работа была успешно проведена к учредительному съезду партии, состоявшемуся 5 июня в г. Королеве. Идеологический синтез удался как результат, но ценой этого стало «стирание углов», неизбежное при достижении компромисса. Несмотря на потерю остроты, само создание такого документа я считаю важнейшим достижением партстроительства 2005 г. Теперь в распоряжении экологического движения есть документ, который является синтезом социально-политических взглядов его актива – кто хотел высказаться, внес в эту копилку свой вклад. Программа стала наиболее левой из социал-либеральных. В случае дальнейшего развития партии возможно было организовать продолжение идеологического развития на ее левом фланге, в то время как партия в целом оставалась бы в центре спектра гражданского общества.

С этим связано второе направление, которое могло придать партии зеленых большое значение как фактора консолидации гражданского общества. Среди партийных лидеров приобрела популярность выдвинутая «Информационалом» идея о том, что зеленые и как правозащитное, и как социально-протестное движение находятся в центре фронта гражданского общества. Эта идея была положительно воспринята и была даже опубликована в качестве приложения к программе партии. Однако для того, чтобы партия стала связующим звеном и правозащитного, и левого крыльев гражданского общества, она сама должна была держаться центра, не уклоняясь ни вправо, ни влево настолько, чтобы это стало неприемлемо для противоположного крыла.

Третье направление – единственное, которое вообще может дать долгую жизнь общественной организации – это участие в социальных выступлениях. Внедрение в государственную структуру не должно составлять основное направление работы – иначе это будет уже не общественное движение, а обычная лоббистская корпорация, защищающая финансово-бюрократические интересы. Влиятельная партия парламентского типа в современном обществе может опираться на три ресурса – финансовый (буржуазная партия), административный (бюрократическая), массовая народная поддержка (демократическая, популистская и социал-консервативная партии). В период отсутствия подъема социального движения влиятельные популистские и демократические партии не могут существовать. Зато могут действовать партии в собственном смысле слова – носители идеологии, а не машины для проталкивания лидеров в систему власти. Партия зеленых могла занять уникальное место агитатора за экологические идеи в социальном движении и агитатора за социальные идеи – в экологическом. Но для этого она должна была начать действовать – активно участвовать под собственным флагом в социальных выступлениях – благо в 2005 г. для этого было немало возможностей.

Но ведь А. Яблоков и правое крыло «Зеленой России» питали надежды сделаться партией парламентского типа. До сбора вожделенных 50000 подписей собственно социальная активность, участие в уличных выступлениях считалось ненужным распылением сил (аналогичной позиции придерживались и сторонники В. Юрашко, что привело к угасанию его проекта после принятия закона 2004 г. о повышении планки минимальной численности с 10000 до 50000 членов). Максимальным разгулом митинговой активности «Зеленой России» считалась раздача забавных бумажных зеленых журавликов, а партийные флаги так и не были изготовлены – до бесконечности согласовывался их дизайн. При всем недостатке денежных средств, на флаги вполне хватало – но вместо них были изготовлены партийные билеты, которые так и не понадобились. Ориентируясь на создание партии, существующей «де юре», А. Яблоков сопротивлялся созданию партии, действующей и существующей «де факто».

Это обрекало партийный проект на неизбежный кризис, когда станет ясно, что собрать 50000 членов за полгода (как того требует закон) без значительного финансирования не удастся. Расчеты А. Яблокова на получение финансирования из политически нейтральных источников не осуществились (да и существуют ли в реальности такие источники).

Геростратов подвиг А. Яблокова

В октябре разразился кризис. А. Яблоков и правое крыло партии стали искать возможности подключения к финансовым ресурсам и механизмам политического влияния за счет союза с «Яблоком». Само по себе «Яблоко» имеет хорошую репутацию в экологическом движении, и союз с ним был бы вполне возможен, если бы эта партия не сползала вправо. «Яблоко» также переживает кризис, выход из которого возможен только при условии сдвига с исчерпавшей себя позиции либо влево – к социал-демократической нише, либо вправо – к союзу с откровенно правым СПС – что и было сделано. Включение зеленой инициативы в проект «объединенных демократов» означало бы разрыв с прежней стратегией партии, ибо приемлемо только для сторонников либеральных взглядов.

На опасения такого рода, высказанные в партийной рассылке рядом активистов, последовали обвинения в клевете со стороны окружения А. Яблокова. Я был в командировке, когда обсуждение вопроса стало вестись в совершенно нетерпимом тоне. Войдя в дискуссию, я пытался как-то урезонить «фанатов» Яблокова, после чего также был записан во враги. Намеренно не называю имен – людям свойственно развиваться, и, может быть, позднее они будут со стыдом вспоминать о своем поведении в событиях 2005 года.

Сам А. Яблоков и председатель политсовета А. Никитин заверили, что вопросы сближения с правыми будут решаться коллегиально и гласно. Как оказалось, это была неправда.

В это время развернулась кампания по выборам в Московскую городскую думу. «Яблоко» предложило А. Яблокову войти в их список – в непроходную часть. Началось обсуждение, может ли партия участвовать в кампании «Яблока», но тут выяснилось, что на основе списка этой партии формируется коалиция «Яблока» и СПС, что для части зеленых (включая часть политсовета «Зеленой России») было неприемлемо. После дискуссии политсовет «Зеленой России» и политсовет ее московской организации (выборы-то в Москве) решили, что А. Яблоков может участвовать в списке на персональной основе. Яблоков вошел в список, и сразу стало легче с финансированием. И вот А. Яблоков вынес на политсовет проект платформы «Яблока» на московских выборах – для ознакомления. Он не обсуждался, следовательно не был поддержан. Но закралась нехорошая мысль – а не собирается ли А. Яблоков включить «Зеленую Россию» в блок правых партий, формирующийся на основе списка «Яблока»? При всех недостатках лидера, все же не хотелось верить, что он способен на такую интригу.

27 октября политсовет Московской организации «Зеленой России» решил, что парторганизация не участвует в кампании «Яблока»-СПС и поддерживает на этих выборах лично Яблокова, а также еще двух кандидатов «Единой России» (оговорюсь, что лично я голосовал против этой поддержки двух достойных людей, но членов недостойной партии).

И вот как гром среди ясного неба — 1 ноября А. Яблоков в нарушение устава «Зеленой России» подписал от имени нашей партии Декларацию коалиции «демократических» организаций. То есть, вопреки позиции Московской организации он включил ее в коалицию с участием СПС – партией с вполне понятной антинародной репутацией. Декларация является определенно правым документом с зафиксированным в двух местах (для непонятливых) требованием «неприкосновенности частной собственности». Неприкосновенность собственности олигархов – это не только антидемократическое требование, но и разрыв с социально-экологической позицией (ибо крупные собственники являются важнейшими на сегодня разрушителями Природы).

Сначала мы еще пытались убедить А. Яблокова в том, что он совершил ошибку. Мы предлагали опубликовать от имени партии разъяснение, в котором заявить, что подпись А. Яблокова под декларацией не означает участия в коалиции партии «Зеленая Россия». На заседании политсовета 8 ноября А. Яблоков отказался от компромисса. Его поддержало 9 членов политсовета (правда, не все из них были избраны съездом). Попытки найти компромисс продолжались еще несколько дней, но 20 ноября пять членов политсовета выступили с протестом, составленным в очень аккуратном тоне. В ответ началась травля. Мне пришлось всерьез объяснять некоторым «фанатам» А. Яблокова, как надо себя вести в приличном обществе.

В партийной рассылке критику действий А. Яблокова поддержала почти половина высказавшихся. У меня получается, что 16 человек, а в поддержку позиции А. Яблокова высказалось 18, но эти цифры условны, так как еще несколько партийцев выступили более или менее равноудалено, а некоторые, и я в том числе, говорили от имени нескольких членов партии. В любом случае дискуссия о политическом курсе партии вовлекла лишь небольшой актив. Забавно, что окружение А. Яблокова сегодня дерзает выступать от имени 16000 членов партии, что просто смешно. Официально было зафиксировано более 11000 человек, из которых большинство даже не узнали о конфликте, так как не были подключены к рассылкам и не участвовали сколько-нибудь регулярно в работе парторганизаций. Эти люди может быть и хотели бы быть активнее, но ведь к работе «де факто» их не привлекали. А если бы привлекли, то неизвестно, что бы они сказали о сотрудничестве с партией Чубайса-Белых. Несмотря на то, что использование «Яблоком» символики «зеленых» было незаконно (ведь Московская организация не изменила своего отрицательного отношения к этой кампании), узнав о поддержке Яблоковым блока «Яблока»-СПС часть членов партии (в частности, привлеченных и мной) с возмущением заявили о выходе из «Зеленой России».

Последний шанс для продолжения партстроительства в прежнем формате оставался, пока А. Яблоков не решил, что ради избавления от инакомыслящих нужно убить партию, то есть разрушить ее организационную структуру и обнулить членство. Для этого он выступил за прекращение существования партии, созданной 5 июня. Большинство членов политсовета, последовавших за вождем, проголосовали за ликвидацию органов партии (по уставу это может сделать только съезд). Членство в партии было обнулено, что вызвало недоумение людей, которые серьезно отнеслись к тому, что сдали заявления с просьбой принять их в партию. Многие уже не будут играть в такую игру вторично. Конечно, следовало продолжить работу парторганизаций, собирать этих людей и вместе с ними принимать решения. Но тогда неизбежно стало бы больше инакомыслящих, а это несовместимо с нынешними планами А. Яблокова. Итак, факт остается фактом – А. Яблоков и его сторонники разрушили партию, созданную нашими общими усилиями к 5 июня. Либеральные и популистские иллюзии оказались прочней, чем стремление к преобразованию общества.

Перспективы

Сейчас А. Яблоков пошел на «второй круг» партстроительства, который теперь является не созданием политического крыла экологического движения, а право-экологическим проектом, ориентированным на интересы либеральных партий. «Второй круг» — это создание другой партии. Оказавшись перед выбором – участвовать в продолжении партстроительства по новым, право-либеральным правилам, или не участвовать вовсе, часть критиков Яблокова все же пошла за ним. Что же, они считают, что это совместимо с их принципами. Несмотря на то, что в последних заявлениях А. Яблокова звучат положения, заимствованные из отвергнутой им ранее концепции партии, существующей «де факто», это не определяет характера нового проекта. Он состоит из тех, для кого приемлемы действия А. Яблокова в ноябре-декабре, то есть право-популистский курс.

Думаю, А. Яблоков будет вынужден хотя бы на словах учесть критику левых и предпринимать шаги к участию партии в социальных выступлениях под собственным флагом. При условии, что правым партиям не понадобится свой «Кедр», и они не станут финансировать партию Яблокова, у партстроительства появится новый шанс стать независимым. В силу логики вещей это может привести к новым неустойчивым сдвигам партии Яблокова влево, то есть в центр гражданского общества. Увы, хочется предупредить участников «второго круга», которые не исповедуют правых взглядов – такой сдвиг будет неустойчивым. При первом испытании или при новых финансовых авансах А. Яблоков и его сторонники нажмут на привычный популистский рычаг и двинут партию на службу принципу «неприкосновенности частной собственности».

Подмена идеи Зеленой партии идеей право-экологической партии может снова дискредитировать идею партстроительства. Но в то же время здесь есть и основание для оптимизма. Дорого яичко ко Христову дню. Партия Зеленых при условии ее поддержки могла иметь хорошую перспективу в 90-е гг. В XXI веке более эффективны сетевые структуры. Они могут объединять людей, уже освободившихся от популистских стереотипов, и позволяют сотрудничать с теми, кто еще находится в плену этих иллюзий. Укрепление таких идейно-политических структур – задача на 2006 год.

Александр Шубин

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

SovietHistory » Социализм » Итоги зеленого партийного строительства в 2005 г